За какую операцию Сталин хотел судить генерала Баграмяна

Биография известного советского военачальника Ивана Христофоровича Баграмяна в 30-е годы едва ли у кого-то могла вызвать зависть. Кавалерийские курсы он закончил вместе с Жуковым, Рокоссовским, Ерёменко и др. Но все они уже стали генералами, когда ещё он только дослужился до полковника.

В 1937 году лишь личное заступничество Анастаса Микояна спасло его от беды. Дело в том, что Иван Христофорович, будучи ещё Ованесом Хачатуровичем, в Гражданскую войну начал служить не в Красной Армии. И эта служба в «буржуазной армянской армии» ему чуть боком не вышла. А уж продвижению по службе сей факт биографии точно не способствовал.

Войну Баграмян встретил начальником оперативного отдела штаба Юго-Западного фронта. Ему повезло, и после Киевской катастрофы он сумел живым выбраться из окружения. В августе 1941 Баграмян стал генерал-майором, и дела пошли успешнее. В декабре он уже генерал-лейтенант и начальник штаба Юго-Западного направления. В этом качестве он занимался планированием Харьковской наступательной операции.

Харьковская катастрофа

Неудачные харьковские наступательные операции 1942 и 1943 годов советские историки не скрывали. В первую очередь просто потому, что совсем про них умолчать было невозможно. Во всяком случае, про 1942 год, когда, в результате поражения советских войск, вермахт открыл себе путь на юг. И не просто открыл, но немецкие армии дошли до Волги и Кавказа.

Не следует думать, что это было единственная крупная неудачная операция Красной Армии в 1942 году, а на остальных фронтах шли бои местного значения. Советские войска наступали на всех участках советско-германского фронта и делали это постоянно, лишь с небольшими передышками после очередной неудачной операции. Просто, в отличие от ситуации под Харьковом, неудачи на других участках оборачивались «всего лишь» десятками тысяч убитых, но линия фронта оставалась прежней.

За разгромом же двух советских фронтов в Харьковской операции последовал бросок немецких армий на юг, немецкий флаг на Эльбрусе и немецкие танки на берегу Волги.

В советское время главной причиной провала Харьковской операции указывали то, что мы не знали про планируемое немецкое наступление. А в результате якобы у немцев оказалось слишком много сил на южном участке фронта, что и привело к поражению.

Однако, современные историки, например, А. Панин в книге «Сталинград. Забытое сражение» показывает, что планируемое немецкое наступление не играло решающей роли в неудачах под Харьковом. Можно, практически со стопроцентной уверенностью утверждать, что советское наступление не удалось бы в любом случае. Равно как и немецкий прорыв на юг состоялся бы, даже если советские войска не понесли огромных потерь в Харьковской операции.

За потерю более чем четверти миллиона человек, тысяч танков и орудий, гибель и пленение известных генералов кто-то должен был ответить. Выбор был небогатым, после Хрущева и Тимошенко, которых не стали обвинять в провале, следующим был Баграмян. Сам Иван Христофорович в своих мемуарах пытался вину переложить на тех, кто непосредственно командовал войсками. Но вина в данном случае, как и во всех других — общая. Красная Армия просто ещё не научилась проводить такие сложные наступательные операции, и не имела такого подавляющего превосходства, чтобы достигать поставленные задачи любой ценой.

За Баграмяна поручился лично Жуков, и сумел спасти его от трибунала.

В письме руководству Юго-Западного фронта от 26-го июня 1942 года за подписью Сталина было сказано:

«Мы здесь в Москве — члены Комитета Обороны и люди из Генштаба решили снять с поста начальника штаба Юго-Западного фронта тов. Баграмяна.
Тов. Баграмян не удовлетворяет Ставку не только как начальник штаба, призванный укреплять СВЯЗЬ И РУКОВОДСТВО армиями …

… В течение каких-либо трёх недель Юго-Западный фронт, благодаря своему легкомыслию, не только проиграл наполовину выигранную Харьковскую операцию…»

Командование армией

Баграмяна назначили начальником штаба 28-й армии, что, как оказалось, не сильно удалило его от возможного трибунала. Армия эта чудом избежала окружения в той же Харьковской операции, управление было расстроено, остатки частей деморализованы. В результате город Россошь, который 28-я армия должна была удерживать, был взят немцами практически без боя. Баграмяна же очень вовремя (опять при вмешательстве Жукова) перевели на Западный фронт. Там он был назначен заместителем командующего 61-й армии, но почти сразу возглавил 16-ю армию, которой до этого командовал Рокоссовский.

В феврале-марте 1943 года 16-я армия проводила Жиздринскую наступательную операцию, часть общего весеннего наступление войск Красной Армии с целью разгрома и окружения группы армий «Центр». Эта операция армейского масштаба редко упоминается и сейчас, а в советское время она относилась к тем, о которых и вовсе молчали.

Перед 16-й армией была поставлена задача взять город Жиздру, далее в районе Брянска встретиться с 2-й танковой армией Центрального фронта, проводившей Дмитриев-Севскую операцию. Таким образом должно было замкнуться кольцо вокруг 2-й танковой армии немцев, обороняющей Орловский выступ. В составе 16-й армии было 13 стрелковых дивизий, танковый корпус, 3 стрелковых и 5 танковых бригад, самоходно-артиллерийский полк. Сил было много, но времени на подготовку мало.

На участке 16-й армии оборону держали 208-я и 211-я пехотные дивизии, также в полосе наступления находилось по одному полку 134-й и 321-й пехотных дивизий. В ходе операции на этот участок фронта были переброшены 5-я и 9-я танковые дивизии, что существенно изменило соотношение сил.

В ходе длившегося месяц наступления, советские войска продвинулись лишь на 10-13 километров. Официальных данных о потерях нет, но они были очень велики, дивизии оказались полностью обескровлены. Есть данные из архива о потерях за 22-23 февраля, они составили 1317 человек убитыми и 4349 ранеными. Это очень много для армейской операции такого масштаба.

Армия не выполнила ни одной из поставленных задач. Причиной неудач была спешная подготовка, плохая разведка, отсутствие координации между войсками, почти полное отсутствие авиационной поддержки.

Казалось бы, над головой командующего армией снова начали сгущаться тучи. Но товарищ Сталин решил иначе, назначив виноватым командующего фронтом генерал-полковника И.С. Конева. 16-я армия стала 11-й гвардейской, а генерал Баграмян награждён орденом Кутузова I степени. И больше тёмные тучи над его головой не сгущалась, он успешно прошёл путь до Парада Победы на Красной Площади в 1945 году.

Яндекс.Метрика