#История

#ПутьПобеды. ПОКА ПАДАЕТ СНЕГ…

#ПутьПобеды. ПОКА ПАДАЕТ СНЕГ…

ПОКА ПАДАЕТ СНЕГ...

ПОКА ПАДАЕТ СНЕГ…

Мы никогда не сможем выразить всю благодарность нашим дедам, погибшим и прошедшим ту войну. Мы никогда не сможем выплатить
этот долг. Нельзя забывать об этом , НИКОГДА!

……От всей роты их, в живых, осталось теперь только двое. Рядовой Зайчиков да старшина Петренко. Остальные остались тут мертвыми. А ведь еще недавно были все живы. Были живы и шли к передовой с веселой, залихватской песней: «Эх, комроты, даешь пулеметы, даешь батареей, чтоб было веселей!». И где тот комроты? Да вот лежит в полусотне метров от Зайчикова и щерит беззубый рот в снежное небо. Зубы ему осколком выбило почти сразу. А потом и добило другими осколками, не менее злыми.

У Петренко была трехлинейка, и у Зайчикова тоже. Ну и гранаты, конечно. В патронах они не нуждались — их тут до хрена было — и россыпями, и в обоймах уже. Тут вообще военного железа до хрена было. От разбитой батареи даже снарядов пара ящиков. А если сползать до фрицев — и у них можно поживиться вкуснятиной.
— Хуш тоби французский шоколад, а хуш карабин системы «Маузер». Удобная, кстати, штука. Удобнее нашей дубины. Ты когда затвор дергаешь — винтовку опускаешь — иначе никак. А ихний карабин он каков? К плечу прижал как жинку, и прям не снимая с линии прицела, дергать его могешь. Петренко осторожно высунулся из траншеи:
— Не видать ни хера. Снег валит. Кабы немец не подполз.
— Услышим, — ответил Зайчиков. Рядовому было тепло и уютно. И очень не хотелось шевелиться. Бывший доцент Зайчиков не любил холод, но именно вот это время года — начало декабря, когда снег укрывает пуховым одеялом Сокольники и Хамовники, Маросейку и Арбат, Москву и Россию — именно это время погоды он и любил.
— Гранату может кинуть? — засомневался Петренко.
— А и кинь…
Петренко долго кряхтел, шевелился, рыскал чего-то в своих необъятных штанах. Потом достал немецкую круглую гранату, более известную под солдатским прозвищем «яйцо», и метнул в метельную даль. Хлопнуло.

И снова тишина. Только треск догорающего фашистского танка, замершего над телом политрука роты. Хороший был человек. И умер хорошо, со связкой гранат в руках. Всем бы так…
Стонали все. Стонали и кричали. И стон этот низким дымом тек над заснеженным русским полем. Старшина с рядовым бросились было помогать — бинтик там, спиртик… но немцы сразу начали минометный обстрел и как-то все кончилось. И стоны, и раненые. Остались только Петренко да Зайчиков. И поле, за краем которого фрицы снова собирались в атаку. Сколько их там погибло, немцев тех? А кто ж их считал… Русские врагов не считают. Тем более, убитых. Живых надо считать, от мертвых-то вреда нет.

Немцы ударили по траншеям роты и минометами, и орудиями, хорошо, хоть небо было пасмурное. Снаряды рвали земную плоть и куски ее грязными ошметками взлетали к небу, чтобы затем снова упасть. Зайчиков даже не пошевельнулся, а Петренко мгновенно забился в какую-то нору и кричал оттуда, но грохот стоял такой, что доцент не слышал своего дыхания. А Петренко кричал и кричал:
— Уходи! Уходи, дурак!

Но кричал он, скорее, сам себе. Артналет был короток, хотя и густ. Ни рядового, ни старшину не зацепило не то, что осколком, а и маленьким смерзлым комочком земли. Так, ерунда. Прах, взлетевший, но низринутый. — От, таки и пойдут. От, я тоби баю! — в речи старшины причудливой смесью вязались вятские и украинские слова.
Петренко стряхнул землю с шапки-ушанки и крикнул Зайчикову:
— Живой? Пулемет хватай, та ни, Дегтярь, говорю. Шо тоби с того Максиму? Тут хоть диск высадишь, а там чого? Ленту перекосит… По танкам не мацай, без переляку, пехоту кроши в холодник. Ну, то окрошка, по вашему, тока без кваса! Тока я стрельну, значив, а ты пожинай, ебутвойметь…

Немцы и впрямь — шли. Шли густо, прижимаясь к танкам. Те, время от времени, останавливались и стреляли в сторону позиций роты. Рота молчала… Петренко вдруг крикнул:
— Доцент, число сегодня какое?
— Пятое, — буркнул рядовой.
— Чего?
— Пятое, говорю! Пятое декабря 1941 года!

Один снаряд пролетел совсем рядом. Если бы у Зайчикова ушанка не была бы завязана — слетела бы, сдернутая струей теплого воздуха. Теплого… Горячего! Зайчиков лизнул снег перед собой. Снег был легок и воздушен, словно небесное безе. И его становилось все больше, больше, больше, будто бы официанты, там, наверху, устроили праздничный ужин для прибывших недавно бойцов. И санинструкторши.

Немцы шли медленно. Всего три танка. Не более роты солдат. Солдаты в смешных, кургузых каких-то, шинелях, прятались за эти танки. Получалось, правда, не очень хорошо. Танки время от времени буксовали, да и солдаты брели как ваньки-встаньки. Больше падали от неуклюжести, чем шли. Петренко долго целился, еле дыша, наконец, палец его коснулся тугого спуска,

Но выстрелить он не успел. Небо разорвалось прямо над его головой чудовищным воем несущихся красных стрел, похожих на длинные пальцы раздирающие черную ткань дыма. Словно Змеи Горынычи, они бросились на солдат и… Немцы просто исчезли в огненном клубке, вместе со своими танками. А когда грохот утих, Петренко потрясенно повернулся к Зайчикову: — И шо це таке було?
— «Катюши», — ответил рядовой. — Я видел один раз, как они залп дают.
— А шо это?
— Это? Это… — но тут Зайчикова прервали.
Прямо через них мелькнула одна тень, потом вторая.
— НАШИ! НАШИ!!! УРА!!!! — закричал Петренко и вскочил, махая шапкой, а мимо него неслись кавалеристы, а с левого и правого флангов, позицию роты обтекали лыжники, и слышался в нашем тылу гул моторов.
— Ураааа!!!! — тонким голосом закричал и Зайчиков, но шапку не снял, — узелок под подбородком смерзся насмерть.
— Ну вот, теперь и на Запад можно, — закряхтел старшина и начал выползать из траншеи.
Потом,, выбравшись на бруствер, вытащил за руку неуклюжего доцента:
— А на переформирование когда? — спросил рядовой.
— Да погоди, дай на фрицев дохлых посмотреть! Покумекать — что к чему, опять же о потерях доложить… Идем уже, Зайчиков! Ну что ты, растыка? Шевелись!

И они ушли на запад. На календаре было 5 декабря 1941 года…

Источник

#ПутьПобеды
Смотреть материалы по теме

Группа по борьбе с антироссийской пропагандой: https://vk.com/blockukrop

Click to comment

Добавить комментарий

To Top
Перейти к верхней панели